Лондон конца XIX века дышал угольным дымом и сыростью. В старой тюрьме Пентонвилл в 1890 году готовились к казни. Уильяма Колкотта, человека, чьё имя уже несколько лет заставляло людей вздрагивать, привязали к электрическому стулу. Он не просил пощады и не каялся. Когда ток пошёл по проводам, Колкотт, собрав последние силы, выкрикнул проклятие. Он обещал вернуться. Обещал, что тюрьма станет его вратами в наш мир, а все, кто посмел его судить, заплатят страшную цену.
Прошло больше ста тридцати лет. Здание давно заброшено. Стены покрылись плесенью, решётки проржавели, а в коридорах поселилась тишина. Но тишина эта обманчива. Два человека, которые занимаются изучением необъяснимого, решили проверить старые слухи. Один из них - историк, второй - человек, который уже сталкивался с подобными историями и почти не верит в случайности. Они приехали сюда не за острыми ощущениями, а чтобы понять, осталось ли в этих стенах что-то живое.
С первого же вечера стало ясно: в тюрьме их ждали. Двери закрывались сами, хотя замки давно сломаны. В пустых камерах слышались шаги, хотя рядом никого не было. А по ночам из самых дальних углов доносился низкий, сиплый голос. Он повторял одно и то же имя - Уильям. Исследователи нашли записи смотрителей тех лет. В них говорилось, что после казни Колкотта в тюрьме начали пропадать люди. Сначала охранники, потом заключённые. Никто не мог объяснить, куда они исчезали. Просто переставали существовать.
Чем глубже они погружались в историю, тем сильнее ощущали, что проклятие не было пустыми словами. Колкотт не просто хотел отомстить. Он хотел открыть проход. Врата, через которые ад мог бы выплеснуться наружу. Каждый шаг в этих коридорах казался шагом по тонкому льду. Исследователи понимали: если духу удастся завершить начатое, Лондон, а может быть, и весь мир уже никогда не станут прежними.
Они искали способ остановить его. Старинные документы, молитвы, которые никто давно не произносил всерьёз, обряды, о которых предупреждали ещё в викторианских дневниках. Время уходило. С каждым часом присутствие становилось ощутимее, тяжелее, ближе. Стены словно дышали злобой того, кто когда-то был человеком, а теперь превратился в нечто гораздо худшее.
В конце концов им пришлось сделать выбор. Либо бежать и оставить всё как есть, надеясь, что проклятие останется внутри этих стен навсегда. Либо остаться и попытаться закрыть врата, которые Колкотт так долго готовил. Они выбрали второе. Потому что иногда знание о том, что происходит на самом деле, оказывается тяжелее любого страха. И всё-таки его приходится нести до конца.
Читать далее...
Всего отзывов
5