Варя и Кирилл держали друг друга за руки всю дорогу из Владивостока. Им было по восемнадцать, впереди Москва, МГУ, свадьба и ребенок, которого они уже назвали. Если мальчик - Александр, если девочка - Александра. Они смеялись над этим совпадением и целовались прямо в аэропорту.
Самолет набрал высоту, и всё шло как в кино. Пока не раздался страшный хлопок. Двигатель замолчал. В салоне завыли люди, маски упали с потолка, стюардессы побежали по проходу. Лайнер трясло, он падал вниз, а потом каким-то чудом выровнялся и сел на брюхо в поле рядом с маленьким городком Сибирск.
Когда всех вывели на свежий воздух, Варя дрожала так, что зубы стучали. Она посмотрела на небо, потом на Кирилла и сказала тихо, но твердо: больше никогда. Ни за что не сядет в самолет.
Кирилл пытался уговорить. Говорил, что рейс перенесут на завтра, что всё уже позади, что их ждут в общежитии. Варя только качала головой. Она позвонила тете Любе, которая жила в Сибирске всю жизнь, и через час старуха приехала на старой Ниве и забрала племянницу к себе.
Кирилл улетел один. Он обнял Варю на прощание так сильно, что у нее потом остались синяки на плечах. Обещал писать каждый день и приехать, как только сдаст вступительные.
Сибирск оказался маленьким, тихим и каким-то застывшим во времени. Дома деревянные, улицы широкие, река рядом. Тетя Люба жила в двухкомнатной квартире на пятом этаже и сразу сказала: оставайся сколько нужно. Варя кивнула и поняла, что сколько нужно может растянуться надолго.
Первые дни она почти не выходила из комнаты. Сидела у окна и смотрела, как над городом пролетают самолеты. Каждый раз сердце сжималось. Потом начала помогать тете по дому, ходить в магазин, гулять до реки. Сибирск потихоньку переставал быть чужим.
Кирилл действительно писал каждый день. Сначала длинные письма о Москве, общежитии, лекциях. Потом всё короче. Потом раз в три дня. Варя отвечала сразу и подробно, но чувствовала, как между ними растет расстояние большее, чем три тысячи километров.
Однажды тетя Люба привела ее в местный дворец культуры. Там набирали ребят в театральную студию. Варя в школе играла в спектаклях и даже мечтала об актерском, но потом решила, что это несерьезно. А тут просто пришла посмотреть и осталась. Репетитор, пожилой дядька с добрыми глазами, сразу дал ей роль в новой постановке.
На сцене страх улетучивался. Там она снова могла быть кем угодно, только не собой, той, что боится неба. Зрители хлопали, а Варя впервые за долгое время улыбалась по-настоящему.
Кирилл приехал только в октябре. Худой, с модной стрижкой, в новой куртке. Обнял ее на вокзале и сразу начал рассказывать про Москву, про друзей, про то, как всё круто. Варя слушала и понимала: он уже там, а она здесь. И обратно ей пути нет.
Они гуляли по набережной, держались за руки, но уже не так, как раньше. Кирилл спросил, когда она всё-таки прилетит. Варя посмотрела на реку и сказала: никогда. Он засмеялся, подумал, что шутит. А когда понял, что нет, долго молчал.
На следующий день Кирилл уехал. Сказал, что подождет. Что любовь всё победит. Варя кивнула, но знала, что ждать он будет недолго. Да и сама она уже не была уверена, хочет ли, чтобы ждал.
Зима в Сибирске пришла рано. Снег завалил всё по окна. Варя играла главную роль в новогоднем спектакле, потом еще в одном. Ей предлагали остаться в труппе после школы. Она согласилась.
Иногда она получала сообщения от Кирилла. Он сдавал сессию, ходил на вечеринки, завел новых друзей. Однажды прислал фото с какой-то девушкой. Варя улыбнулась, пожелала счастья и удалила переписку.
Весной тетя Люба умерла во сне. Варя осталась одна в квартире, но уже не чувствовала себя чужой. Сибирск принял ее. Она поступила в местный педуниверситет на режиссерское, продолжала играть и даже начала ставить свои маленькие спектакли.
Летом над городом снова летали самолеты. Варя поднимала голову и больше не вздрагивала. Она просто смотрела им вслед и думала, что жизнь иногда делает круг, чтобы ты оказался совсем в другом месте. И это не страшно.
Варвара так и не полетела дальше Сибирска. Но на земле она научилась летать по-другому.
Читать далее...
Всего отзывов
5